Перейти к мобильной версии
Материнство это работа

«Неагрессивный» ребенок: как ему помочь?

Поделиться в сети
  • facebook
  • ВКонтакте
  • LiveJournal
  • Одноклассники
Фото Елены Налимовой
Фото Елены Налимовой

В понимании большинства людей «агрессия» имеет негативный оттенок, многие даже хотят от нее избавиться насовсем. А я считаю, что нет «полезных» и «неполезных» эмоций, есть люди, которые не умеют ими пользоваться, вот и все.

Если проявлять агрессию напрямую, то мы превращаемся в малоприятных личностей, грубим, хамим, ходим с мрачным видом, еще чего драться можем полезть, есть и такие индивиды. Но это, повторюсь, открытое выражение агрессии: нехорошо, конечно, но, по крайней мере, она видна.

А есть и другой способ выражения агрессии – неявный. Люди при этом как будто не проявляют агрессию вообще! Никак! Ни при каких обстоятельствах! Считается, что это они вовсе не агрессивные. В особо крайнем случае мы называем их рохлями, потому что, помимо всего, они еще жутко медлительны. И в школе (если это ребенок), и на работе  к таким все докапываются, одноклассники или коллеги задирают, иногда очень серьезно. А эти «неагрессивные» люди молчат и все терпят.

Это не значит, что у них нет агрессии, как раз она у них есть. Но они умеют ее загонять глубоко внутрь себя, никак не проявляя вовне. То есть, они проявляют агрессию по отношению к себе. Аутоагрессия, нанесение повреждений себе сюда относятся. Люди могут себя мучить различными переживаниями, типа «я очень плохой» и т.д. Или же могут копить злость до поры до времени, а когда уже совсем невмоготу, то начинают крушить все вокруг себя в прямом смысле этого слова. Некоторые случаи такого поведения среди школьников всем печально известны.

Очень часто такое задавливание агрессии приводит к психосоматическим заболеваниям. Например, среди врачей всерьез принимается гипотеза, что язва желудка — это соматическая аналогия самоедству, т.е. аутоагрессии.

Но, к сожалению, умение контролировать и использовать энергию агрессии не приходит с бухты-барахты, и нет таких счастливчиков, которые родились с этим. Контроль и использование агрессии в мирных целях – это одна из важных составляющих воспитания. Необходимо учить наших детей адекватно проявлять агрессию, уметь ее контролировать, сливать лишнее экологичными способами, а также перенаправлять ее в нужное русло.

В этой статье я хочу поделиться личным опытом того, как, имея «неагрессивного» сына, смогла справиться с проблемой и научить ребенка адекватно выражать свою агрессию и использовать ее энергетику. Я описываю только крупные и большие моменты, намеренно пропуская общеизвестные факты, которые можно почерпнуть из популярной литературы. И также обращаю ваше внимание, что временные рамки, мною указанные — это наша история, у вас они могут быть другими.

Это долгий путь, основная часть заняла у нас полгода, но и потом пришлось поработать, помогая ребенку по мере взросления. Понадобились все мои терпение, любовь, интуиция, принятие и доверие себе и ребенку, поддержка его, честность с ним и с собой, умение адекватно выражать свою агрессию.

Хочу сразу сказать, что весь путь пришлось пройти со своим ребенком вместе, помогая и поддерживая его, улизнуть в кусты не удалось. Не все преображения ребенка мне нравились, и уж точно все вызвали те или иные проблемы. Жизнь усложнилась, но оно того стоило.

Итак, моему сыну было 8 лет, и он был совсем неагрессивным ребенком. То есть не умел выражать свои негативные эмоции. Из-за этого он стал очень тревожным, все его ответы на вопросы о делах в школе и т.п. были односложными. Это верный признак неотреагированной агрессии.

Есть еще симптомы повышенного уровня агрессии, загнанной внутрь себя. У ребенка может появиться аутоагрессия (у нас не было, но вообще бывает и очень часто), ребенок может биться головой обо что-то, наносить себе порезы и т.п. Может говорить о том, что он нехороший, не умный, не красивый и т.п.

В нашем случае маркером послужила ситуация, типичная для школы. В классе был мальчик, который всех задирал. От тех, кто мог ему ответить, он отстал, а  к тем, кто не мог, продолжал прикапываться. Как вы понимаете, мой сын остался во второй категории. Когда я спросила, почему он не может ответить, он сказал, что не знает, что делать, стоит и молчит. То есть, проще говоря, впадает в ступор. И тут я поняла, что надо срочно действовать. Но начинать надо со своего ребенка.

На первом этапе главное — вытащить агрессию наружу, т.е. дать ей проявиться, чтобы ребенок осознал ее, прочувствовал, прожил. Это очень сильный момент. Поскольку агрессия стара как мир, я решила применить техники, которые так же стары, но очень эффективны. Они приводят  практически к катарсису. Это очень эмоциональный момент. Есть много техник: бег, танец, избиение манекена или подушки, крик и т.д., все они связаны с движением, динамикой. И они все агрессивны, а как иначе? Иначе нельзя.

Я выбрала крик, да, простой человеческий крик. Но кричать надо сильно, во всю мощь, безрассудно что ли, как Тарзан. В квартире этого делать нельзя, соседи точно вызовут полицию. Мы пошли с сыном в лес, такой лесок, у нас рядом с домом, в то время, когда там почти никого не было – рабочий полдень.

И там я попросила его покричать. Сразу говорю, первый крик – это писк задушенного цыпленка. Это говорит о том, что у ребенка нет голоса, нет своего голоса, или он боится его выражать во всеуслышание. Надо добиться того, чтобы ребенок крикнул. Нет ничего лучше личного примера, и я кричала тоже, вместе с ним и по отдельности.

Кстати, это стоит сделать еще и потому, что так вам будет понятнее состояние ребенка, после того, как он громко крикнет. Еще раз повторюсь, это очень сильное эмоциональное переживание, и ваше понимание и поддержка будут ребенку лучшей опорой в этот момент.

Мы ходили в этот лесок 3 недели, по 1 разу каждую неделю, и только на третий раз мой ребенок заорал во всю глотку. Орал долго, с удовольствием, без слов, просто а-а-а-а-а-а-а. Уже его не надо было просить, он все понял сам, что и как надо делать.

После того, как он проорался, сын кинулся ко мне плакать. Предупреждаю об этом, т.к. это нормальная реакция на то, когда долго копимые, сильные эмоции, наконец, выходят наружу. Надо просто дать ребенку поплакать и все. Это длится не долго, минуты 3 максимум. А потом ребенок весел и подвижен.

Вернее, я бы сказала, расторможен, и это тоже нормально, так как гиперсамоконтроль поведения, мышечные зажимы сняты, расторможенность следствие этого. Она не пройдет быстро. А еще, я это очень отчетливо помню, после этого крика мой ребенок недели 2 говорил намного громче обычного.

Конечно, неудобно, люди оборачиваются, но я его не одергивала, так как это тоже следствие «появления собственного голоса». После обретения новой возможности всегда требуется время на овладение ею. Потом он стал говорить с привычной громкостью, расторможенность тоже прошла.

Еще мы ходили в тот же лесок лупить прутиком деревья и снег. Сначала тоже фиаско, ну не может ребенок ударить со всей силы, так прикасается веточкой к дереву. Тоже пришлось показывать самой, поддерживать. Ушло на это недели 2-3, 1 раз в неделю, до катарсиса.  В последний раз, наконец, разошелся, излупил все вокруг, в снег врезался, прямо со всей силой. Потом устал, упал на снег и лежал молча какое-то время. А потом мы пошли домой и все. На этот раз было проще.

Но на родительских собраниях в школе я уже получала замечания от учителей, чего не было ранее. Я тогда расстроилась, но не придала этому значения.

Затем был  спорт. Подойдет, на самом деле, любой, но выбрать должен сам ребенок. То есть мы ходили с ним, смотрели, что есть в районе, обсуждали, что вообще могло бы ему понравиться. Я понимаю, что в связи с агрессией на ум приходят боевые искусства и тому подобное. Однако, сильным эмоциям и адреналину есть место в любом спорте. Мало этого, ребенок может захотеть заниматься бисероплетением, или чем-то подобным. Это его выбор. Драйв есть везде.

Главное, чтобы ребенок захотел сам, прямо четко произнес: «Я буду туда ходить, мне нравятся преподаватель и ребята, которые там». Ну, то есть, все это надо у него спросить. Мой захотел на тхэквондо, которое у них тогда было в школе. Он сам во время продленки сходил на тренировку, все посмотрел, тренер ему понравился, занятия тоже. Ну а я что, раскрыла кошелек и вперед!

Сначала не мог ударить соперника по спаррингу никак, вообще, даже без силы, кулак подносит, рука трясется – адреналин зашкаливает, а коснуться лица не может. Хоть ты тресни! На соревнованиях от соперника по ковру бегал, как заяц, натурально. Но заниматься хотел, и медали хотел, до слез хотел!

Эта ситуация тоже требует внимания, т.к. тренеры могут и не захотеть «раскрывать» вашего ребенка. «Подождите, все само», «с возрастом разойдется» и прочие отговорки. Я пристала к тренеру не на шутку, и мы начали тренировать сына вместе. Отдельно ото всех, мы приходили в зал 1 раз в неделю, и сын учился дубасить спортивный манекен.

Сначала было как-то невнятно, на 4 тренировке он его чуть не сломал, еле оттащили худенького 8-летнего мальчонку, чтобы не покалечил дорогое оборудование. Чуть позже, уже без меня, он научился обозначать удары, бить в полную или вполсилы, проводить бой с тенью, т.е. контролировать свою силу. С тех пор у нас было много разных медалей на спортивных соревнованиях, и с одноклассником сын как-то просто решил вопрос.

Нет, он его не бил, и даже они не сцеплялись, просто в поведении моего сына появилось что-то  такое — наверное, правильно это будет назвать уверенностью — что от него отстали как-то само собой.

Зато в школу на родительское собрание я ходила как в стан врага. Вот тогда-то я впервые услышала, про то, что «был такой хороший мальчик, а теперь совсем непонятно, что с ним делать». Дневник у нас был весь исписан замечаниями по поведению, весь! Но учился сын на 4 и 5.

К завучу меня вызывали, поводы пустячные, начинаешь разбираться, просто высказал свое мнение, или не согласился с чем-то, или на переменах бегает. В целом ничего такого, просто очень неудобный парень стал. Хотя нервы они мне мотали прилично. Но то, чего достиг мой сын: адекватно реагировать на происходящее, уметь высказывать свое мнение, спорить, договариваться, брать на себя ответственность и много, чего еще, было слишком ценно и для него, и для меня, чтобы мы отказались от этого из-за каких-то там вызовов в школу. Я приняла решение, что буду ходить и разбираться каждый раз, как только это потребуется моему ребенку.

Я разрешила себе доверять ему. Поэтому перед родительским собранием, или очередным вызовом в школу, мы садились и спокойно разбирали, что «нового» я услышу на этот раз. Во-первых, я шла уже подготовленная. Для меня не было на собраниях «холодных душей» и «откровений» из слов учителей, я уже знала примерную картину происходящего. И у меня была возможность выслушать оба мнения – ребенка и педагогов, — и сделать более или менее объективные выводы.

Когда на собраниях шока нет, ты не проседаешь, а можешь нормально реагировать, задавать вопросы, выяснять обстановку. Очень всем рекомендую изучить школьную терминологию – оценочные средства, госстандарты, примерные программы, компетенции и пр. Когда педагоги понимают, что перед ними грамотный родитель, которые еще и слова нужные вовремя вставляет, они начинают вести себя нааамного аккуратнее.

Еще из бонусов, сын понял, что я на его стороне, что я защищаю его, поэтому и производится разбор его полетов. Он говорил мне правду, и не боялся, это дорого стоит. Если ребенок говорит правду, ему можно помочь, подстраховать, объяснить, если молчит – кранты. Я очень дорожила этим и культивировала наши беседы.

Без обсуждения в стиле «какие педагоги уроды», все уважительно, но честно. Он научился признавать, где был не прав. Просил даже прощения у учителей, было и такое. Ну а что, не прав, так не прав, признай это.

Моя позиция была в этом вопросе была нейтральная, я на собраниях объяснялась с учителями, а дома ребенку объясняла, где и как он был не прав. Такой нейтралитет привел к тому, что потом меня перестали уже вызывать в школу, не очень им со мной тоже было удобно, да и претензии несерьезные. Но на собраниях доставалось все равно.

Ну вот, коротенько основные моменты крупными мазками. А кроме того, использовались я-высказывания вместо ты-высказываний; сообщения о том, что я понимаю, принимаю и сочувствую ребенку; визуализации и тактика удержания цели. Это когда ты понимаешь, зачем спросила о том, что ждет тебя на собрании. Не для того, чтобы сейчас покричать на ребенка, а для того, чтобы получить наиболее достоверную информацию, чтобы ему и себе помочь. Это позволяет не срываться по мелочам и добиваться желаемого. Ну и еще отработка и присвоение различных эффективных стратегий поведения в конфликтах, например, психологическое айкидо и тому подобное.

Я и для себя много полезного нашла и узнала через эту работу.

P.S. Когда писала этот материал, поговорила с сыном, помнит ли он тот период. Оказалось, помнит, то есть это не травматичные для него переживания, которые хотелось бы начисто стереть. Но он однозначно сказал, что быть адекватно агрессивным проще, чем не агрессивным вообще. Ему было очень тяжело, когда он загонял это все внутрь себя. Вот этот период он как раз и хотел бы забыть.

Всем удачи! Делитесь: а как это у вас?
 

Елена Михайлина
30-09-2017
Поделиться в сети
  • facebook
  • ВКонтакте
  • LiveJournal
  • Одноклассники

Комментариев пока нет, будьте первой.

Добавить комментарий

Чтобы оставить комментарий, войдите через профиль социальной сети